 |
В Нью-Йорке с Виктором Топаллером
29 июня
|
ТОПАЛЛЕР. Расскажи, пожалуйста, как ты пытался завести роман с мамой Сильвестра Сталонне. ДЕЛИЕВ. Это была удивительная история. В сентябре 2002 года я снимал новый сериал «Игра в классики» по пьесе Бориса Барского. Это телевизионный проект 12-серийный. И вдруг забегает замдиректора киностудии и говорит: «Ребятки, сейчас к вам приедет сюда мама Сильвестра Сталонне, вот буквально с минуты на минуту. Можно она зайдет сюда?» К счастью, в тот момент только я один снимал на всей Одесской киностудии. И вот заходит такая интересная мадам, такая взрослая женщина, вся увешанная бриллиантами, золотом, с цепями, огромные такие голдяки у нее были. Зашла такая шикарная старушка. Ну как раз у нас перерыв был, мы познакомились, поговорили - очень веселая, жизнерадостная барышня. И Боря Барский подходит, он в роли Ромео, у него тоже огромные такие перстни, браслеты, но все бутафорские, естественно. Я говорю: «Боря, ты можешь поговорить». Он так: «Excuse me mums. Would you like to change эти самые вот эти вот кольца?» - «Oh! No, no, no, thank you very much»... Потом она захотела посмотреть, как проходит репетиция, съемка. Я говорю: «Вот, пожалуйста, присаживайтесь сюда к монитору, вам будет хорошо видно». Рядом с ней охранник bodyguard... Я могу встать? ТОПАЛЛЕР. Лучше нет, лучше сидя показывай. ДЕЛИЕВ. Вот она села возле монитора. Он стоит за ее спиной. И он так (показывает пантомиму). ТОПАЛЛЕР. На этом роман с мамой Сильвестра Сталонне у тебя закончился? ДЕЛИЕВ. Нет, сейчас мы планируем провести акцию на День города Одессы - 2 сентября Всемирный съезд одесситов. То есть это проводит мэрия города и Всемирный клуб одесситов под руководством Михаила Михайловича Жванецкого. И хочется, чтобы приехали сюда Сильвестр Сталонне с мамой – ведь она одесситка. И Дэвид Копперфилд тоже был вывезен из города Одессы в маленьком возрасте, совсем маленький был, когда его увезли в Америку. Виктора Топаллера нужно пригласить обязательно, потому что ни один такой праздник не должен обходиться без него. (Смеются) ТОПАЛЛЕР. Значит, я так понимаю, что как Копперфилда и Сталонне из Одессы вывезли в Америку, так тебя из Херсона вывезли в Одессу. Заполнили тобой ваккум, который возник благодаря их отъезду... Жора, паскудный вопрос можно? При всей моей любви к «Маскам», мне всегда казалось, что специфика группы - в первую очередь телевизионная, и что «Маскам» на сцене не удается и не может удастся достичь того эффекта, который достигается на телевидении, когда есть возможность использования крупных планов, спецэффектов и так далее... ДЕЛИЕВ. Я не согласен. Как говорят в Одессе, есть «две большие разницы». Да, действительно телевизионный принцип ты объяснил - крупные планы можно последовательно снять, затем смонтировать, избежать каких-то вещей, когда на сцене в одно и то же время нельзя сыграть... Но сцена дает другое. На сцену мы выходим, и сразу видим реакцию зрителей. Вот реприза прошла – смеются или не смеются. То есть чувствуется дыхание зала. И это дает особый кайф. Это как болезнь, как наркотик – общение с залом, с публикой. Потому что фильм снял, смонтировал, озвучил – ждешь, пока он выйдет на экран. Многое зависит от того, в какое время выйдет, каков будет рейтинг... И только лишь когда уже много раз посмотрят, ты начинаешь понимать, хорошо получилось или плохо. А сцена... Я люблю сцену не меньше. ТОПАЛЛЕР. Короче, я понял: ты упираешься. Ты не хочешь признать, что жанр коллектива в основном телевизионный. Коллектив всеядный, многоплановый и с одинаковым удовольствием и успехом работает и на сцене, и снимая фильмы. ДЕЛИЕВ. Вот недавно был такой случай. Приехал к нам канадский продюсер. Мы с ним вели переговоры по поводу съемки фильма в Канаде и на Украине. Он не представлял, не верил, что мы можем работать на сцене. Он говорит: «Как? Вот я вижу ваши великолепные работы на экране, не бывает такого, чтобы одинаково хорошо делать и то и другое». А он как раз попал на Юморину одесскую, и у нас была возможность работать на стадионе, во Дворце спорта, в оперном театре. Мы играли спектакль, а в ночном клубе работали программу. Он был просто поражен: «Я и не представлял, что это возможно!» Более того, мы для Юморины подготовили специальный номер на стадионе – игра в футбол огромным мячом. Был написан трюковой сценарий... Всеядный. Да, всеядный коллектив. >>
|
