 |
В Нью-Йорке с Виктором Топаллером
Памяти Бадри Патаркацишвили
|
ТОПАЛЛЕР. Добрый вечер, дорогие друзья. Ну вот прошла еще одна неделя, и мы с вами снова встречаемся. Должен сказать, что фамилия нашего сегодняшнего гостя в последнее время не сходит с полос практически всех новостных агентств, упоминается постоянно по радио, по телевидению, так что я вас поздравляю с тем, что сегодня у нас с вами есть возможность пообщаться с ним что называется непосредственно. Бадри Патаркацишвили. Бадри Шалвович, добрый вечер. ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Добрый вечер. ТОПАЛЛЕР. Спасибо, что пришли. Вы ведь не любитель общаться с журналистами? Я хотел с этого начать. У вас какая-то застарелая нелюбовь, или на это какие-нибудь другие причины существуют? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Наоборот, это, видимо, от особой любви. Я настолько уважаю эту профессию, что считаю, что они должны общаться действительно с теми людьми, которые умеют хорошо говорить, которые умеют правильно преподнести свою мысль и самое главное - которые имеют что сказать. Я часто не подхожу для этой роли, поэтому мне очень странно, что, к сожалению, я оказался в такой роли сегодня. ТОПАЛЛЕР. Вы считаете, что скромность, которую вы сейчас проявили, это отличительная черта всех олигархов или только малой их части? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Я думаю, что скромность вообще отличает всех людей от остальных нескромных, поэтому тут олигарх не при чем. ТОПАЛЛЕР. А как вам, кстати, вообще это слово, такое, на мой взгляд, довольно неудобоваримое? Вы обижаетесь, когда говорят: "Бадри - олигарх", или вы привыкли? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Я думаю, что это интересно. И самое главное - это ответственно. ТОПАЛЛЕР. А что вы имеете в виду? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Я имею в виду, что когда у тебя есть деньги и возможность влиять на какие-то процессы, ты имеешь не только возможности, а ты имеешь еще и огромную ответственность. И поэтому я считаю, что быть так называемым олигархом - это и интересно, и ответственно. ТОПАЛЛЕР. А не смущает, что вокруг всегда находится громадное число людей, которые пытаются различными путями воспользоваться ситуацией?.. Ну я имею в виду, в первую очередь, финансирование. Насколько тяжело разобраться, где действительно что-то необходимо, а где просто огромное количество корыстных людей, которые под разным соусом пытаются приблизиться к вам, договориться с вами, рассказать что-то вам? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. У нас никогда не было опыта перехода от социализма к капитализму, и поэтому, конечно же, тот путь, который мы прошли, он уникален. Но это породило не только огромное количество таких людей, о которых вы говорите, а это еще и породило огромное количество людей, у которых нет достатка. Это особенно проявляется в маленьких странах, таких как Грузия. И понятно, что когда ты что-то делаешь, ты должен, как минимум, 10-15-20 процентов заложить в смету - что, да, ты намного больше расходуешь, чем в какой-нибудь другой стране, потому что в ней есть люди, которые обязательно воспользуются этой ситуацией. И это нормально, потому что это переходный период. Я очень надеюсь, что скоро у нас будет совершенно другая страна, в которой не будет необходимости людям так действовать. ТОПАЛЛЕР. В какой семье вы родились? Это, как говорят, "старые деньги"?.. Бадри Шалвович - очень богатый человек, имеющий возможность влиять на события, естественно, из-за этого испытывающий ответственность за огромное число людей, которые находятся рядом с ним. Это двинулось, начиная с детства, потому что это богатая обеспеченная семья, ну как говорят, "старые деньги" или все начиналось в такой разночинской ситуации и Бадри сам себя делал? Первое или второе? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. И первое, и второе. Потому что я родился в довольно обеспеченной семье, если так можно ее назвать, потому что это было все в советское время, как вы прекрасно помните, мы все родились в Советском Союзе. Обычная семья. Отец - инженер, мать - домохозяйка. Но были традиции, на которых я воспитывался. И я считаю, что сегодня мне есть чем гордиться, потому что очень многие люди, которые меня знают, знают меня как человека слова. И, например, вот этим я могу гордиться, и это, естественно, мне дала семья. А то, что касается богатства, денег - вы знаете, после какой-то черты, которую ты проходишь, это уже особого значения не имеет, потому что ты не сможешь купить два костюма… Ну, купить-то сможешь, но надеть одновременно два костюма не сможешь. Ты не сможешь в два живота съесть что-нибудь. Поэтому принципиально, когда ты обеспечен уже, у тебя есть дом, машина, иногда транспортное средство еще какое-то - самолет, яхта или еще там что-то такое - то потом наступает момент, когда ты думаешь о том, что ну хорошо, а что сейчас я могу сделать для общества, для тех людей, которые меня окружают? И в этот момент как раз приходят в голову разные мысли, которые и я тоже не смог обойти. ТОПАЛЛЕР. Мы поговорим о том, как вдруг непонятно зачем… ну, то есть вам-то это понятно - мне и многим телезрителям, я думаю, пока непонятно, для чего вдруг Бадри вышел из тени, зачем он вступил в такое жесточайшее противостояние с нынешней властью Грузии. У нас этот разговор впереди. Сейчас я хочу понять какие-то вещи, что называется, изначальные. Вот вы заговорили о богатстве, о том, что когда оно доходит до определенного уровня, то дальше… ну, Зощенко еще об этом писал, ну, действительно, ну куда? А почему у очень богатого человека, на ваш взгляд, не появляется желание закуклиться, извините за это слово? Ну вот человек заработал столько, что хватит самому и еще останется детям и даже внукам. Ну почему бы не получать удовольствие от жизни? Яхты, красивые женщины, самолеты, острова, встречи с друзьями, лошади, произведения искусства - это что, скучно? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Очень. Очень скучно. Я считаю, что если человек имеет возможности, то он должен максимально их использовать, потому что мы живем в очень скоротечном мире, и то, что мы имеем возможность успеть, мы обязательно должны успеть при нашей жизни. Я понимаю людей, которые закладывают какие-то проекты, и знают, что в пятом-шестом поколении этот проект закончится, заработает, но я так не могу. Я хочу при своей жизни что-то успеть. И поэтому я считаю, что я не из тех людей, которые будут наслаждаться самолетами, вертолетами, лошадьми и просто встречаться с друзьями, я должен действовать, я должен работать, я должен что-нибудь делать для своей родины, для своего народа. И я уверен, что до конца моей жизни это у меня останется. ТОПАЛЛЕР. А как определить?.. Я сейчас не имею в виду конкретно вас - о присутствующих не говорят. А как определить: богатый человек пытается влиять на то, что происходит в мире, на то, что происходит в его стране, потому что он движим такими интересами, о которых говорите вы - то есть что-то изменить к лучшему, дать что-то большее людям - или он этим занимается, потому что у него, как болезнь, от которой он не может отделаться, - это желание власти, желание продолжать влиять на события тем или иным образом, то есть ощущать себя в пространстве не просто человеком, который получает удовольствие от жизни, а который влияет на окружающий нас мир? Как определить: одно или другое? ПАТАРКАЦИШВИЛИ. Я считаю, что в вашем вопросе как раз вы и в первом и во втором случае дали ответ. Если ты "закуклился", как вы сказали, если у тебя желание… то есть это фактически не только желание уже, а это болезнь, потому что ты хочешь все больше и больше заработать, приумножить, закатать его куда-то (не имеет значения куда - в трехлитровых банках или в какие-то серьезные банки в мире, абсолютно не имеет никакого значения), то в этом случае как раз я думаю, что ты реально "закуклился", то есть заболел. А когда у тебя есть желание, как у меня, например, возобновить цирк для детей, который в общем-то, слава Богу, удалось мне в Грузии сделать, и я рад, потому что ничего не сравниться с тем, когда ты смотришь на этих малышей, которые приходят в цирк и которые с огромным удовольствием смотрят на клоунов, на зверей и так далее. Когда ты можешь построить парк на горе Мтацминда, и самое главное - сделать это не где-то в прериях, как построен Диснейленд или другие парки, а в фантастическом месте, где всегда был парк и там действительно уникальный парк, и оснастить его еще какими-то аттракционами, где эти же дети могут кататься и получать огромное удовольствие. Вот я сделал такой парк. Не один десяток миллионов долларов я потратил на это. Правда, его недавно у меня отобрали, но это уже детали. Я думаю, что когда ты создаешь фонд… Например, недавно звонит мне директор моего фонда, а я должен был входить к королю одной из стран, и я бы не взял телефон, если бы это не был звонок от директора моего благотворительного фонда. Я взял трубку, и он мне говорит: "Есть. После шестичасовой операции мы победили - ребенок жив". Ну ничего с этим не может сравниться! У нас есть фонд, который помогает детям, больным лейкемией. И уже есть несколько десятков конкретных детей, которых мы спасли. Ну с этим ничто не сравнится! ТОПАЛЛЕР. Когда человек входит к королю одного из государств, которое вы сейчас опять, как я понимаю, по вашей скромности не назвали, и может себе позволить снять трубку и обрадоваться, узнав, что ребенка вылечили, это значит, что он действительно очень многого достиг в жизни - это такое серьезное подтверждение. >>
|
