 |
В Нью-Йорке с Виктором Топаллером
*
|
ТОПАЛЛЕР. Добрый вечер, дорогие друзья. Ну вот (как всегда, начало традиционное) прошла еще одна неделя, и мы с вами снова встречаемся. Сегодня у нас в гостях олимпийский чемпион, чемпион мира, заслуженный мастер спорта Виктор Петренко. Виктор, добрый вечер. ПЕТРЕНКО. Добрый вечер. ТОПАЛЛЕР. Виктор, а больше же ничего уже завоевывать не надо, да? Спортсмены всю жизнь мечтают: вот, допустим, я чемпион мира, но еще никогда не был олимпийским чемпионом. Или, наоборот, олимпийский чемпион, всего достиг, но думает: эх, мне бы еще вот чемпионат мира и Европы выиграть, и тогда можно заканчивать. Вы все выиграли. Можно уже не работать? ПЕТРЕНКО. Ну, я скажу про себя, не знаю, как другие, но, наверное, мечта каждого спортсмена – достичь высот. Что может быть выше олимпийского золота? То есть это этап твоих мечтаний, и ты к этому идешь. Когда ты достиг этого, существуют другие цели, к которым ты идешь – вот то, чем сейчас занимаюсь я. ТОПАЛЛЕР. А чем вы сейчас занимаетесь? ПЕТРЕНКО. Победа на олимпийских играх дала мне возможность заниматься фигурным катанием профессионально. Я выступаю в шоу Champions on Ice, в котором я уже на протяжении 18 лет работаю и, наверное, сейчас негласный рекорд держу. Помимо этого занимаюсь благотворительностью. То есть победа на Олимпийских играх дала мне возможность еще и заниматься благотворительностью. ТОПАЛЛЕР. А зачем вы занимаетесь благотворительностью? Это оттого что у Петренко такая широкая, большая душа, у него есть финансовая возможность помогать, и он с удовольствием это делает? Или вы преследуете еще какие-то иные цели, связанные с вашим, извините, имиджем, существованием в пространстве и так далее? ПЕТРЕНКО. Наверное, это несколько таких совокупностей. Но прежде всего, опять же повторюсь, победа на Олимпийских играх дала мне возможность заниматься благотворительностью. Если бы я не выиграл, не занял первое место, то, наверное, у меня таких возможностей не было бы. То есть я это используют для того, чтобы отдать дань тому, что мне случай, судьба подарила. ТОПАЛЛЕР. А начиналось тяжело все? Вы же попали, насколько я знаю, в фигурное катание, как сотни, тысячи, чтобы не сказать десятки тысяч, других детей – мама привела маленького мальчика, чтобы поправить здоровье, так все было? ПЕТРЕНКО. Абсолютно правильно. Так все и начиналось. Когда мне было 5 лет, мои родители привели меня в школу фигурного катания, потому что доктор посоветовал отвести ребенка, так как у меня в детстве довольно часто были простудные заболевания, воспаления среднего уха, и доктор посоветовал отдать в спорт, чтобы ребенок закалился, стал более здоровым. ТОПАЛЛЕР. Ну правильно. Чтобы ребенок не болел, прямо на лед его отправить жить – сразу будет лучше. ПЕТРЕНКО. Не совсем так. В то время как раз в 1975 году в Одессе был набор, первый набор в детскую школу фигурного катания. И для моего города, для Одессы, это было что-то новое, потому что никто не ассоциировал зимний вид спорта с таким южным городом, как Одесса. И был такой небольшой бум, если можно так сказать. И многие родители, в том числе и мои, привели детей в школу фигурного катания. Плюс это еще было довольно-таки недалеко. Это было в Дюковском парке, а мы жили на Пересыпи, и это было в пятнадцати минутах ходьбы, то есть было удобно со всех сторон. ТОПАЛЛЕР. Витя, я не знаю, может быть, просто годы прошли, все изменилось, но вы не производите впечатления такого маменькиного сынка, который с удовольствием пошел заниматься таким не очень мальчиковым видом спорта. Мальчики больше рвутся на бокс, на футбол, на борьбу, а это… Нет, я все понимаю, но… ПЕТРЕНКО. Абсолютно правильно. Честно скажу, что я не сразу полюбил этот спорт. Я довольно-таки долго, может, даже до сих пор люблю футбол. И я, как и все мальчишки, гонял во дворе в футбол и с большим удовольствием проводил бы на улице 24 часа. Но доктор сказал, меня родители отвели. Два раза, я помню, меня отбирали в футбольную секцию, но я уже тогда занимался фигурным катанием, и я гордо говорил, что я занимаюсь фигурным катанием, на что эти тренеры, которые ходили и отбирали детишек по дворам и школам, так смущенно смотрели и спрашивали: "Как же? Какое фигурное катание, когда футбол!". ТОПАЛЛЕР. Так что мы могли бы увидеть вас в составе одесского "Черноморца"? ПЕТРЕНКО. Вполне возможно. ТОПАЛЛЕР. А, учитывая замечательных украинских игроков, то, может быть, и в составе "Милана". Так что еще неизвестно, как жизнь сложилась бы. ПЕТРЕНКО. Да, неизвестно. Но я не жалуюсь. Хотя был момент, когда я бросил этот спорт. ТОПАЛЛЕР. Бросили фигурное катание? ПЕТРЕНКО. Да, тайно. Меня бабушка в то время водила. И я неделю не ходил. Родители не знали. Целую неделю не появлялся. Но когда этот факт вскрылся, меня наказали и обратно отвели. И только, наверное, когда я начал ходить в школу, у меня появились друзья, у нас нашлись общие интересы, и тогда я уже стал более привязан к фигурному катанию. Ну, а серьезно уже я стал заниматься, обратил внимание на этот вид спорта, наверное, после победы на юношеском чемпионате мира. Это произошло, когда мне было 14 лет, и тогда я уже посмотрел на этот спорт по-другому. ТОПАЛЛЕР. То есть 9 лет до этого вы занимались фигурным катанием не очень серьезно? Можно только себе представить, каких бы результатов вы достигли, если бы и первые 9 лет вы тоже серьезно к этому относились. ПЕТРЕНКО. Ну, наверное, не совсем так. Я занимался серьезно, но относился к этому несерьезно. То есть я исполнительно все делал, но у меня не было, допустим, такого внутреннего ажиотажа. ТОПАЛЛЕР. А, может быть, просто очень сильно развитое честолюбие? Вы в первый раз забрались (извините за это слово) на пьедестал почета четырнадцатилетним пацаном, почувствовали вот эти вот направленные на себя юпитера и, может быть, это и стало поворотным пунктом в отношении к фигурному катанию? ПЕТРЕНКО. Вспоминая те события, я бы, наверное, сказал, что я отреагировал немножко по-другому. Когда это произошло, когда впервые одесский фигурист завоевал медаль чемпионата мира среди юниоров, все внимание, как вы говорите, было обращено на меня, и меня это даже испугало. Я не хотел такого внимания. ТОПАЛЛЕР. Это в каком году было? ПЕТРЕНКО. Это было в 1984 году. ТОПАЛЛЕР. Москва была недовольна победой Петренко? ПЕТРЕНКО. Нет, наоборот, довольна. Потому что уже давно не всходили на пьедестал почета в то время фигуристы из Советского Союза. Я имею в виду, что когда я приехал в Одессу и когда был такой ажиотаж, меня это немножко испугало. Не то что немножко, меня это испугало. Как так?! Я был обыкновенный ученик, ходил в школу, а тут внимание такое, заметки, статьи в газетах, стали приглашать на телевидение, чтобы я давал какие-то интервью. А я к этому был не готов. Я не знал, как себя вести, что делать, что говорить. Меня это очень испугало. Но в то же время, поразмыслив, когда прошло некоторое время, я понял, что назад пути нет, надо заниматься тем, что умеешь. И хотелось доказать, что я могу сделать еще больше, еще что-то лучше. >>
|
