ГАНАПОЛЬСКИЙ. "Российская панорама". Говорим о перестройке – ей 20 лет. Что лучше – деньги в кармане и пустые полки в магазинах или полные продуктов полки и пустые карманы? Между тем, именно это – главный вопрос перестройки. Далеко ли современная российская экономика ушла от социализма? Об этом размышляет мой коллега Аркадий Медведев вместе с известным с известнейшим российским экономистом Евгением Ясиным.

ВИДЕОСЮЖЕТ:

МЕДВЕДЕВ. Напомню романтику почти двадцатилетней давности. В магазинах шаром покати, в лучшем случае – горчица и соль, почти вся еда по талонам, за водкой – смертоубийство, про одежду, машины, квартиры и прочие ювелирные изделия никто из рядовых граждан даже не мечтает. Низкие цены в рублях и пустые прилавки, зато с удивительным упорством страна по инерции продолжает делать лучшие в мире ракеты и танки. Тогда еще мало кто понимал: складывающиеся в логическую цепочку событий - перестройка, новое мышление Михаила Горбачева, реформы Гайдара, нетрезвая демократия Ельцина – уже нельзя разорвать, потому что иного выхода нет.

Известный либеральный экономист Евгений Ясин говорит: после советской власти были низкие государственные цены и дефицит товаров. Сейчас – высокие цены, но зато изобилие на прилавках. А так, в общем, мало, что изменилось. Как был беспорядок, так он и остался до сих пор.

ЕВГЕНИЙ ЯСИН, НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ ЭКОНОМИКИ, БЫВШИЙ МИНИСТР ЭКОНОМИКИ РФ. Те изменения, которые произошли, они касаются институтов. То есть таких вещей, которые меняются и затем вызывают какие-то последствия через достаточно продолжительный промежуток времени. Ну, если им не мешать, естественно.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Необратимые последствия?

ЯСИН. Необратимые. Ну, как? Можно опять устроить советскую власть, тогда опять будет дефицит – это без проблем. Но как сделать – это уже будет...

КОРРЕСПОНДЕНТ. Но как показывает действительность - нетрудно.

ЯСИН. Но пока вы приходите в магазин, и еще ничего пока там не изменилось. И я надеюсь, что и не изменится, потому что эти изменения действительно необратимы. Потому что заставить людей отказаться от того, что они уже получили, будет трудно. Когда первый раз устраивали социализм, никто не думал, что будут такие последствия, какие мы увидели.

МЕДВЕДЕВ. Две детали, которые, видимо, следует подчеркнуть. Во-первых, фразу Евгения Ясина "когда социализм строили в первый раз" – она говорит сама за себя. И, во-вторых, субъективные наблюдения рядового потребителя – при внешнем изобилии товаров на полках магазинов буквально за последние три-четыре года резко обострилась проблема выбора. Количество качественных и недорогих товаров в ассортименте магазинов сокращается слишком активно. Оживление потребительского спроса и, как следствие, рост цен на недвижимость и очереди на импортные автомобили все больше напоминают беготню за дефицитом в советские годы. Водка еще есть. Но поддельной водки еще больше. На этом фоне страна опять пытается делать и продавать лучшее в мире оружие.

ЯСИН. У нас сегодня очень небольшие инвестиции. При советской власти были очень большие инвестиции. Разница заключается в том, что тогда были большие инвестиции, которые, так сказать, имели падающую отдачу. Отдача на инвестированный рубль снижалась, снижалась и снижалась. Сейчас ситуация другая – инвестиций мало. Мы вкладываем намного меньше по очень простой причине – это частные деньги. Политическая ситуация неблагоприятная. Главная ее черта, на мой взгляд, заключается в том, что это оказывается серьезное давление на бизнес. Бизнес запуган. И он неинвестирован. Он старается избегать крупных инвестиций. Хотя в России огромные возможности для бизнеса, они используются очень плохо. Ситуацию, которая была в 2004 году с работой налоговой службы, я бы назвал налоговым терроризмом буквально, потому что методы, которые были опробованы на "ЮКОСе", они стали применяться очень широко. И, скажем, была еще история с "Вымпелкомом". Ее купировали просто потому, что как бы вот эти наши либеральные министры ходили к президенту и, в конце концов, убедили, что так нельзя, что мы просто загубим экономику. Мы на самом деле и сбили и темпы роста, и развитие всех позитивных процессов.

МЕДВЕДЕВ. То, что результаты труда одних правительственных чиновников вновь приходится подгонять под цифры плана других правительственных и политических деятелей, стало очевидно еще в начале года – когда инфляцию считали. Цифры, скажем так, не совсем сошлись.

Нечто подобное произошло и с темпами экономического роста. Эту тему тактично поспешили замять. Зато совершенно точно стало ясно, где теперь находятся те самые широко известные закрома родины. На минувшей неделе там, в них, за кремлевской стеной, опять шумно делили экспроприированный "Юганскнефтегаз". Скандал разгорелся нешуточный. Граждане, далекие от сложных забот высшего политического руководства страны, тем временем готовятся отметить Международный женский день и пока в большинстве своем не сильно мучаются вопросом, а можно ли жить лучше. Кстати, дефицита водки и цветов на прилавках не замечено.

ЯСИН. А вот то обстоятельство, что на Ленинградское шоссе в Химках вышли пенсионеры, и что после этого власти отменили отмену этих самых отсрочек от военной службы для студентов и так далее, отказались от этого замысла и так далее, оно свидетельствует о том, что представления о том, что народ готов проглотить все, что угодно, на самом деле не существует. В истории никогда нет только одного-единственного пути. Но одновременно, как мы знаем, она не знает сослагательного наклонения. Как вышло – так вышло. Значит, с моей точки зрения, мы прошли путем, близким к тому, который был для России оптимальным. Не то что мы прошли самым лучшим путем – я не скажу этого. Я не знаю, это никто вам не скажет. Но если сейчас, скажем, вот Михаил Сергеевич Горбачев, которого я искренне уважаю, в Турине выступает и рассказывает, что можно было продолжать перестройку, и тогда не было бы вот этих самых страшных реформ и такого разворовывания страны, он пребывает в иллюзиях так же, как тогда, когда он начинал перестройку. Если бы он выбрал репрессивную политику, если бы он поддерживал атмосферу страха и так далее, то тогда он удержал бы ситуацию в течение какого-то времени. Но потом кому-то еще другому пришлось бы, как говорится, присутствовать при распаде российской империи.

МЕДВЕДЕВ. Самый сложный вопрос - что должно окончательно исчезнуть с прилавков для того, чтобы вернулась романтика двадцатилетней давности? Очевидно, что это будет не водка, не одежда, не дорогие машины зарубежного производства – скорее, наоборот. Все это через 20 лет после начала перестройки давным-давно стало обыденным и доступным для всех желающих. Однако, как показывает практика, слишком часто только после насыщения желудка появляется чувство собственного достоинства. Но проблема именно в том, что нынешней власти богатые люди с амбициями как раз и не нужны. Более того, они для нее опасны.

Аркадий Медведев, Андрей Монастырецкий. Телекомпания "Эхо". Москва.   >>

  Часть 1  Часть 2  Часть 3  Часть 4  Часть 5  Часть 6  Часть 7  Часть 8