ГАНАПОЛЬСКИЙ. В студии Матвей Ганапольский и Алексей Митрофанов. Это программа «Росссийская панорама». Программа, в которой прежде всего гость говорит то, что он лично думает. С этим приходится мириться или спорить с ним. Давайте этим заниматься.

Идем дальше. Два странных указа подписал на этой неделе президент Путин. О втором поговорим несколько позже, а сейчас – первый.

Итак, отныне ФСБ поручено бороться с терроризмом на всей территории СНГ. То есть ФСБ назначается так называемым компетентным органом, ответственным за проведение совместных антитеррористических акций. Совместных – это значит тех, где другая сторона считает тех же людей, что и Москва. А вот если не считает?

Вот ваххабиты. Их Москва не любит, а в некоторых странах бывшего Советского Союза они очень уважаемые люди. Проблема здесь, конечно, в практическом применении закона. Пример – Америка. В Афганистане Хамид Карзай, конечно, может считать, что кто-то и не террорист, но если Буш решил, что террорист, то так и будет. Та же ситуация и в Ираке. То есть важно, насколько ФСБ тут будет продавливать ситуацию. Замечу – я не осуждаю ФСБ. Просто важно понять, как быть, если ситуация такая возникнет. Мой коллега Алексей Оверчук анализирует этот указ Путина с несколько юмористической точки зрения.

ВИДЕОСЮЖЕТ:

ОВЕРЧУК. Знатные горожане, приближенные к заповедным тайнам Кремля, рассказывают, будто теплым апрельским вечером симпатичнейший домком всея Руси Владимир Владимирович вывесил на стене объявление. Написано было примерно следующее: «Отныне и до скончания (до чьего именно скончания не уточнялось) да будет российский спецназ в каждой антитеррористической бочке СНГ самой главной затычкой». И ниже постскриптум: «Аплодисментами под окнами не шуметь, вопросами не волновать, за нарушение строжайше взыщется».

Почитатели домкома нашего, чье душевное богатство состоит из пролетарского происхождения, питерской прописки и любви ко всякой власти, назвали указ эпохальным и предложили узаконить заодно таблицу Менделеева, приливы и отливы, а также законы гравитации и правило буравчика. Но домком Владимир Владимирович заявил, что излишество вредит.

Следующим утром тысяча курьеров на служебных мотоциклетках провоняли всю российскую округу, развозя указ по частям спецназначения. Крестьяне смотрели им вслед и говорили: «Погоди! Ужо господь Бог намажет вам хари бензином!»

Российский спецназ, который из Чечни не вылезает, повздыхал себе в бронежилетку, глядя в домкомовские бумаги, и полез снова в горы, а иные под воду – воплощать мечту Кремля.

Независимые наблюдатели удивились указу и заявили, что сие художество напомнило им модную нынче российскую болезнь чиновничества под названием дежавю.

АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИНТЕРНЕТ-САЙТА «AGENTURA.RU». Мы берем и говорим: «У нас ФСБ будет главной структурой, которая занимается борьбой с терроризмом в рамках стран СНГ». Но то же самое, абсолютно то же самое заявлялось, когда создавался вот этот Антитеррористический центр СНГ. Ведь не случайно его руководитель – это первый заместитель директора ФСБ, то есть российской спецслужбы. Это записано в протоколе. Ну и что, это помогает нам? Когда мы имеем возможность во что-то вмешиваться, мы и вмешиваемся, а когда ситуация нам этого делать не позволяет, то каким бы мы его протоколом ни подписывали, мы ничего не можем сделать.

ОВЕРЧУК. Дальше события развивались примерно так. В теплых морях российско-украинского курортного приграничья собрались спецназовцы СНГ обсудить указ домкома, а заодно отвести душу и помять морду условным террористам. «Здоровеньки булы», - сказали бодро украинские коллеги. «И вам не хворать», - ответили российские спецназовцы. «Чего пригорюнились? – спросили зоркие украинцы. «Да вот взъелся чего-то кремлевский домком на нас и хочет, чтобы мы тут у вас по всей Эсэнговии террористов ловили». «Можэ, салом его задобрить?» - предложили украинцы. «Да не жрет, - посетовали российские спецназовцы, - он у нас европейскую кухню трескает, германцем себя ощущает». - «Все-то у вас по-москальски, а не по-человечески!»

Разговор этот происходил келейно, так сказать. А чтобы в Кремле не подумали, будто они тут смутьянством занимаются, российские генералы заявили на публику:

БОРИС МЫЛЬНИКОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АРТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО ЦЕНТРА СНГ. Учитывая то, что все-таки национальные штабы, они в определенной степени имеют особенности в своей работе, оперативные штабы, в подобного рода ситуациях, ставилась задача друг друга максимально понять и друг другу помочь.

ОВЕРЧУК. «А давайте мы вашему кремлевскому домкому настоящего чеченца-террориста подарим, - выступили казахи. И сказали кому-то по рации: - Ты должен его найти, и доставить его сюда. На выполнение всех требований я тебе отвожу три часа.

ОВЕРЧУК. Вскинулись тут казахские должностные лица. Зашуршали бумагами, притащили террориста в Москву. Для пущей важности даже справку выдали о его санитарном благополучии. Российские генералы, говорят, рыдали прямо на взлетном поле от умиления. «А давайте мы скажем, что очень ценим ваши заслуги, - предложили в свою очередь украинцы, - а то вас жалко – ходите в драненьких камуфляжиках при царском режиме, и автомат у вас невесело топорщится».

ЮРИЙ ЗЕМЛЯНСКИЙ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО ЦЕНТРА СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ. Только общими усилиями, только в единстве (я имею в виду нас - все силовые министерства) мы можем противостоять террористическим проявлениям.

ОВЕРЧУК. А российский генерал расчувствовался и добавил:

БОРИС МЫЛЬНИКОВ. На сегодняшний день, по оценке Совета органов безопасности и спецслужб, центр состоялся в кадровом понимании, в финансовом, в административном. И, прежде всего, те задачи, которые поставлены, - это создание объединенного банка данных в рамках СНГ по борьбе с международным терроризмом и явлениями проявления экстремизма, и это функция, о которой упомянул Владимир Федорович, функция координации взаимодействия.

ОВЕРЧУК. Но тут снова появились независимые эксперты и заявили, что никакой такой базы данных давно уже нет, равно, как и денег, которые на это выделялись.

АНДРЕЙ СОЛДАТОВ. Кончилось дело тем, что финансирование всего этого стало как-то прекращаться. ФСБ стала искать, где бы найти деньги на то, чтобы это доработать. Долго все это дискутировалось. В конце концов подразделение внутри ФСБ, которое собственно этим и занималось, оно как-то все было наполовину расформировано, то есть оно существует, но люди оттуда ушли. Я просто знаю людей, с которыми я общался, например, в 97-м году и которые говорили мне: «Вот мы делаем этот банк данных, вот у нас будет то-то, то-то…» Вот сейчас все эти люди работают почему-то в коммерческих структурах.

ОВЕРЧУК. Но на экспертов шикнули, сделали им страшные глаза, и те предпочли не связываться – спецслужбы все-таки. Вот так, говорят, спецназовское братство Эсэнговии помогло российским бойцам утвердиться в глазах кремлевского домкома, за что их теперь не накажут. А Владимир Владимирович уже позабыл, чего и хотел-то, и принялся реформировать Министерство обороны.

Алексей Оверчук, Леонид Дерягин. Телекомпания «Эхо». Москва.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Ну, вот видите, сообщение, которое пришло. Евгений из Киева. Там его оскорбило выступление в Госдуме депутата Рогозина, а «Доренко прав, а ваш гость вообще молодец и умница. С уважением, Евгений из Киева». Так вот один считает по-одному, а Евгений из Киева… Да, понятно, что всеобщей любви к гостю не бывает. А теперь вот вопрос главный по этому сюжету. Он сделан в таком несколько ерническом стиле, вообще присущем замечательному корреспонденту Алексею Оверчуку, но суть-то серьезная. А если, например… вот Грузия, например, не считает, что в Панкисском ущелье (правда, она сейчас – все, считает, что уже так и есть), но вот не считает, что данный какой-то там человек или его группировка является террористической, а мы считаем. Они говорят: «нет», а мы говорим: «да». И что?

МИТРОФАНОВ. Я думаю, что этот указ никакого отношения не имеет вот к этой ситуации пограничной. Он просто назначил координатором ФСБ по всей этой ситуации по антитеррористической деятельности. Можно рассматривать этот указ под призмой того, что ФСБ получает все больше и больше полномочий вообще в российском обществе…

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Хорошо, давайте сюда повернем. Это хорошо?

МИТРОФАНОВ. Это… За этим можно внимательно смотреть, почему так.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Не понимаю.

МИТРОФАНОВ. Нет, ну здесь могут быть разные точки зрения. Но что касается Грузии, то понятно, что Россия будет согласовывать свои действия с Грузией, и мы знаем это, видим, что никаких самостоятельных действий по Аджарии, допустим, никаких решительных действий со стороны России нет.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Нет, в Аджарии нет тех людей, которых можно идентифицировать как террористов. Я говорю, например, среднеазиатские государства, бывшие советские республики. Вот если мы будем считать, например, что у Туркменбаши полно террористов, да? вот людей, потенциальных террористов, что там делается оружие, ну и так далее, вы знаете весь вот этот софт террористический…

МИТРОФАНОВ. Да.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. А они будут считать, что нет. Что тогда?

МИТРОФАНОВ. Я думаю, что по нынешней ситуации никто даже не сделает никаких движений. Только речь идет о согласованных действиях со спецслужбами этих стран.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Вы в этом уверены, да?

МИТРОФАНОВ. Пока да. Пока драйва и силы у российских спецслужб заниматься спецоперациями, не взирая на руководство тех стран, нет – это прямо можно сказать. Нету. Может быть, аппетит появится во время еды – я не исключаю – через 3-5 лет. Если вдруг вот так вот все пойдет, то они будут уже не взирать, там, на Саакашвили и так далее. Но пока все это согласовывается. Мы видим, что никаких особых таких действий нет, и, в общем, все очень так с оглядкой происходит.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. А еще у меня короткий вопрос. Не хочу, чтобы он вырастал в очень длинную тему – больше отдам внимания нашим телезрителям. Вот вы говорите «надо пристально следить за спецслужбами», а что скажет господин Митрофанов по поводу спецслужб? Если можно, коротко. Они гипертрофированы уже в России? Они разрослись не по ранжиру?

МИТРОФАНОВ. Вы знаете, у меня есть своя точка зрения на этот вопрос.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Ну и говорите.

МИТРОФАНОВ. Мне кажется, что в свое время, в восьмидесятых-семидесятых годах, Андропов как политический деятель поставил задачу привести, ну, прежде всего себя, к власти, ну и как инструмент использовал КГБ, и вот последствия этого мы сейчас, так сказать, ощущаем. Фактически КГБ отодвинуло компартию и пришло к власти. Это произошло не в 82-м году - 83-м, как он думал, а произошло в 2000 году. Что я имею в виду? 80 процентов людей, выходцев из КГБ, на должностях высоких в бизнесе, в ведущих компаниях, есть такие подсчеты. Огромное количество их сейчас на госдолжностях, что свидетельствует о том, что сейчас практически КГБ. То есть то, что Андропов сделал - он превратил КГБ из просто спецслужбы, которая ловит шпионов американских, он превратил его в политическую партию.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. А Путин что сделал?

МИТРОФАНОВ. Путин воспользовался этой ситуацией. То есть вот была выстроена эта система. Вот недавно, я обращу внимание, вчера по Первому каналу показывался фильм про Харламова. Ну, хоккеист Харламов Валерий, все нормально. И вдруг парадоксальная вещь. Тихонов – тренер, и нынешний тренер, кстати, нынешний, интересно, тренер по хоккею рассказывает, как его вызывает Андропов и говорит, что мы считаем: вы должны быть тренером сборной, вот Леонид Ильич так считает. Почему Андропов в 80-м году занимается вообще нашей хоккейной командой, да, так сказать? Что происходит? Почему? Это так странно, да? Он занимается хоккеем, да? И вот с этого началось. Он занимался интеллигенцией, тем, другим, пятым, десятым, и он внушил молодым сотрудникам КГБ, что они – политические люди. Ведь до этого им говорили: вы должны шпионов ловить, вот ваша работа, да? Диверсантов, шпионов, там, и так далее. А потом им кто-то сказал: нет, вы политические работники. И он постоянно подчеркивал: «Вы – политические люди». Через 20 лет все эти люди, молодые тогда офицеры, сейчас возглавляют государство.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Хорошо. Коротко мне ответьте, потому что у нас…

МИТРОФАНОВ. То есть партия КГБ пришла к власти.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Сейчас. Сейчас.

МИТРОФАНОВ. Да, сейчас. Отодвинув бывшую КПСС, ее выходцев, так сказать, с разных постов.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Хорошо. Мы сейчас должны выйти на рекламу. Реклама короткая, после этого я задам самый важный вопрос по поводу ФСБ, который лично меня волнует. Реклама на RTVI.

*

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Матвей Ганапольский ведет «Российскую панораму». И здесь депутат Госдумы, член фракции ЛДПР Алексей Валентинович Митрофанов. Значит, Алексей, вот чтобы закончить эту тему. НКВД, МГБ (отец мой еще говорил), КГБ, ФСБ. Значит, как бы оно сейчас везде и стало институтом. Вот скажите, вот многие наши люди собственно уехали из-за этого, да? И они жертвы этого, у них свое эмоциональное отношение к этому. Вот как сейчас относиться к тому, что как бы Путин, ФСБ, и оно везде?

МИТРОФАНОВ. Надо понимать это так: КГБ из спецслужбы, которой мы ее считали много лет, трансформировался в политическую организацию, и эта политическая организация пришла к власти.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Сейчас. Сейчас.

МИТРОФАНОВ. Сейчас. Но основы этого были заложены при Андропове.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Нет, подождите. Вот еще раз. Значит, вы говорите, что…

МИТРОФАНОВ. Эта политическая партия была основана Андроповым. Сейчас ее выходцы стали править Россией по-настоящему.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Так кто правит Россией?

МИТРОФАНОВ. Выходцы…

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Вы – думцы, правительство – Фрадков, Путин, или ФСБ?

МИТРОФАНОВ. Я думаю, что это партия ФСБ. Но бояться их не надо, потому что это люди, подготовленные в этой организации, но перешедшие на политическую некую основу.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Нет, но они же продолжают работать в этом сообществе. Это уже какая-то масонская ложа, да?

МИТРОФАНОВ. Нет, это определенное сообщество…

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Их трудовые книжки где лежат?

МИТРОФАНОВ. По-разному. У кого-то они закончились. Кто-то связан. Кто-то вообще не работал, но связан, есть и такие ведь, да?

ГАНАПОЛЬСКИЙ. Хорошо. Тогда дополнительный вопрос: насколько они крутят нашей жизнью, насколько они крутят Путиным, например?

МИТРОФАНОВ. Это политическая партия, которая управляет Россией, в значительной мере, конечно, влияет на страну.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. И на Путина?

МИТРОФАНОВ. И на Путина тоже.

ГАНАПОЛЬСКИЙ. И на вас, на Думу?

МИТРОФАНОВ. Ну, конечно же. Если я говорю, что это фактически правящая партия.   >>

  Часть 1  Часть 2  Часть 3  Часть 4  Часть 5  Часть 6  Часть 7  Часть 8  Часть 9  Часть 10